А когда думаю и вспоминаю, сколько я за нее получаю, как много работаю и как Харольд справедлив ко всем, кроме меня, то расстраиваюсь.
Конечно же, мы равны, если не считать того, что Харольд получает в семь раз больше меня.
Ему об этом тоже известно, поскольку он сам раз в месяц подписывает чек, деньги с которого потом идут на мой отдельный счет.
Надо признать, что со временем такое равенство начало меня раздражать.
Я смутно чувствовала: что-то мне тут не нравится, но сама не знала что.
А примерно неделю назад все стало ясно.
Я убирала со стола после завтрака, а Харольд прогревал машину -- мы собирались на работу.
